Серый

Зимы тут не слишком суровые, но морозец бывает, не без этого. Иной раз так ударит, что птицы падают замертво. Ага, так и лежат заиндевелыми ледышками на снежном насте. Но это редко. В основном снежно, но холода умеренные, не ниже двадцати градусов. Это я к чему? А к тому, что самое главное в этой истории зимой и произошло. Но до зимы далеко было.
Тогда, по весне, отбил Степан у собак волчонка. Маленький совсем, сосунок. Мамку его, видать, браконьеры завалили, а это несмышленыш из логова выполз и тыкался тупой мордочкой в кочки да жалобно пищал. Тут-то собаки его и заприметили, хорошо Степан вовремя успел, псы-то злые, как пить дать, порвали бы.
Принес, значит, Степан волчонка домой. Жалко ему стало. Жена степанова поворчала было, мол, принес лесного зверя, мол, сколько волка ни корми и прочее, а потом угомонилась. Все живое существо, ей тоже волчонка жалко стало, она так-то баба хорошая, добрая.
Назвали малыша Серым. Ну, а что долго думать, волк ведь.
Поначалу Серого молоком из рожка выкармливали. Потом подрос, стали мясо давать. Короче, через месяцев пять Степан Серому конуру сделал во дворе и туда его переселил. Серый не возражал, так как становился не слишком ласковым, хотя Степана уважал и признавал за ним первенство.
Собаки деревенские Серого не долюбливали. Оно и понятно почему, между собаками и волками издревле вражда и непонимание водится, они вроде как по разные стороны баррикад. Псы догоняют, волки убегают.
Пару раз молодой совсем Серый срывался с цепи и дрался с местными собачьими заводилами. Кобеля деда Егорыча чуть на смерть не задрал, а ведь кобель знатный, в холке под метр. Правда и кобель Серому ухо порвал правое.
Степан каждый раз Серого назад привязывал, но строго не наказывал, понимал, что не собака он, а волк, посему долго сидеть в конуре ему все равно не придется.
Так и случилось.Через год выпустил волчонка Степан. Привел к лесной опушке, отвязал и сказал: «Ну, беги...». А у самого слезы на глазах, привык он к Серому вроде как. Серый сначала не понял, что его отпускают. Сел рядом с Степаном, в глаза заглянул. Степан его слегка рукой в загривок пихнул, мол, беги, чего ждешь?
Ну, Серый и побежал. У самых деревьев остановился разок, да оглянулся, посмотрел на Степана. А потом в чащу нырнул и все. 
Степан постоял немного, да домой ушел.
С той поры о Сером ни слуху ни духу не было.
Пока не наступила эта самая зима, что я в начале рассказывал. Лютая, давно такой не было. Вот в такие холода и стали проказничать волки, в деревню захаживать. Почтальон Ванька на телеге ночью ехал. Говорит, еле отбился, мол, волки на лошадь запали. Но Ваньке-то соврать, как веник в тазу замочить, с пьяных глаз может померещилось. Однако, вскоре все больше деревенских про волков говорить стали.
Степан зимой частенько с ружьишком по лесу шастал. Нацепит лыжи и вперед за зайцем.
Вот и в тот день он п лесу лыжню накатывал. Не понятно с чего Степан не подрасчитал, да только вечереть стало, а назад еще верст семь надо было пройти. И тут услышал Степан шорох по левую руку. Потом по правую, а потом и волчий визг услышал. Струхнул, чего врать. Волки они как на человека охотятся? Сначала пугают. То тут пробегут, то там повизжат, то по позади пошумят, короче в панику вводят. Ждут, чтобы человек в испуг вошел, ошибаться стал, метаться. Тут вожак волчий у него на пути и вырастает. Это как сигнал остальным, мол, атакуйте, можно. Отбиться в таком случае нельзя, только по везению или чуду.
Так и со Степаном произошло. Ружьишко-то у него заячье, в волка стрелять, как на медведя с вилкой ходить. Степан ходу дал, бежит практически, а волки не отстают. Визжат, тявкают, пугают.
И тут перед Степаном вожак вырос. Волчище матерый, шерсть дыбом, клыки в полтора пальца, а правое ухо-то… порванное!
Степан глаза выпучил, у самого сердце в пятках:
-Серый...- шепчет.
Вожак глазами сверкнул, постоял, развернулся и в кусты ушел.
Минут десять стоял Степан на лыжне, к тишине прислушивался, аж нос замерз. Только не услышал он больше ничего, увел Серый стаю.
Вот какая история чудная.
А Серого потом все равно пристрелили, уж слишком волки в ту зиму безобразничали. Не Степан, конечно, другие мужики. Ну, а что делать-то? Зима, говорю, суровая тогда была, выгнала волков из лесу, что поделать. Степан с тех пор охотиться перестал совсем, даже на зайца, все больше рыбачит. Ну, да и Бог с ним.

Обсудить у себя 1
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Фома Тунгусский
Фома Тунгусский
сейчас на сайте
47 лет (22.07.1970)
Читателей: 46 Опыт: 1289.99 Карма: 18.1326
Я в клубах
Стихи на все случии жизни Пользователь клуба
Рок музыка Пользователь клуба
Счастье это... Пользователь клуба
Стихи с ненормативной лексикой Пользователь клуба
Выходцы с blog.ru Пользователь клуба
Газета Пи"дабольская Правда Администратор клуба
все 46 Мои друзья