С наступлением оттепели стали проявляться партизанские диверсии. Дорога от стоянки до подезда всего-то каких-то двадцать метров. Но пролегают они по начавшим таять сугробам. А там мины. Три раза чуть не взорвался. Сначала на моем пути была обычная противопехотная растяжка от спаниэля или еще какой-то некрупной хуйни. Этакие аккуратные кучки говна, коварно присыпанные вечерним снежком. Но хуй вам, я родом с Брянщины, умею обходить такие хитрые мины.
Далее шла вообще грубая работа. Огромная противотанковая мина, отложенная тупорылым ротвейлером с соеднего подъезда. Идиот, как и его гопник-хозяин. Неужели они реально думали, что меня можно поймать так примитивно?
У самого подъезда едва не допустил ошибку. Она, конечно, была бы не очень смертельная. Потому как серьезно подорваться на пистоне нельзя. Но замаскировал свою какашку той-терьер из 234-ой квартиры вполне умело. Сразу и не заметишь. В последний момент успел убрать ногу.

А если по чеснаку, то я бы эту пидорву — собачников заставил бы жрать говнецо их ебанутых шавок. Блядь, ну завел ты себе блохастого уебка, хуй с тобой. Корми его Чаппи, бросай ему мячик и лижи ему под куцым хвостиком, блядь. Но почему я должен смотреть на эти подснежники? Насрал твой уродский барбос? Убери за ним. Ходи, как мудак с пакетиком и заметай за ним говно. Ты сам выбирал себе участь, когда принес домой этот плешивый комочек.Никто тебя не заставлял. Чтоб вы все подохли от чумки, ебучие засранцы.