Сегодня случилась со мной одна микромелкая бытовая ситуация, которая, видимо теперь уже запомнится мне надолго, если не до конца жизни. 
Опишу ее и вам.

После обеда я вошел в одно солидное учреждение получить некую бумагу. 
Как обычно, очередь там развернулась еще с 9 утра, в обед канцелярские девчонки рассосались, а после обеда народ собрался наново, включая тех, кто не успел до обеда. 

Передо мной были: «один парень, светлый, он пока отошел», «вон та девушка в короткой куртке», «вот этот молодой человек», «вон та женщина», " вот дедушка", «тут мужчина в очках занимал, он пока отошел» и еще пара человек присутствующих и пара «отошедших». Я специально привел эти обозначения, чтобы напомнить вам основу механизма сцепки в очереди. В очереди все всех отслеживают именно таким образом: «А вы за кем»–" а передо мной девушка в шубке, он отошла, я пока вот за этим мужчиной". И когда некий условный «мужчина в очках» заходит в кабинет — это, обычно видят и примечают все. В моем рассказе это важное обстоятельство.

Как полагается, социально более активные посетители прочно держались у входа в кабинет, чтобы «наглые» (это такая категория посетителей) случайно без очереди не пролезли. Это всегда так у нас бывает: кабинет, возле него — очередь, а возле двери в кабинет — активный человек из очереди, зорко приглядывающий, чтоб без очереди не лезли. 
«Зоркое око очереди», я бы его так назвал.
В качестве прикрытия входа в кабинет позицию держала «вон та женщина», и я рядом с ней.

Проходимость была жутко медленной, один человек в 15–20 минут. 
Прошло полтора часа, или поболее.
Пока стояли/сидели, немного разговорились (разумеется, про эти надоевшие очереди). То даже не разговор был, а просто изредка перебрасывались фразами.
Что еще можно делать в очереди? Известно, что: глазеть. Я и глазел, на людей.
Кто–то уперся в смартфон, кто–то клацал вацап, кто–то встретил знакомого.
В общем, очередь жила своей неторопливой жизнью.

И, в какой–то момент наступила очередь дедушки с тросточкой. 
И дед прошел в долгожданную дверь. 
Его проводили теплым взглядом: еще один — уже теплее. Уже ближе...

Мы продолжали отбывать очередь, пока меня из прострации не вывел вопрос «вон той девушки в короткой куртке»:
–Женщина, а вы что не заходите? Или они еще не вызывали?
«Они»–это канцелярские девчонки, которые изредка из предбанника кабинета голосили:«следующий».

«Вон та женщина», стоявшая вплотную к двери, удивленно спросила:
— Так еще же дедушка не вышел?
— Разве не вышел? А мне показалось, что вроде он вышел,–ответила девушка.
— Нет, он еще там, не выходил — вступил в разговор я.
Я стоял в полуметре от двери, мышь бы не проскочила, дед не выходил.
С трудом передвигавшегося дедушку, которого житейская необходимость привела за документами, видели многие, и в очереди меня поддержали: нет, не выходил, там он еще.

И тут «вот этот молодой человек» из прохода на лестницу сказал:
— Да вышел он, с палочкой мимо меня прошел.
— Да нет же, –настаивала женщина, — вот мы с мужчиной (это я) тут стоим, не выходил он.
Я был абсолютно уверен, что дед мимо меня не проходил. 
Молодой человек, видимо, засомневался, и не стал настаивать.
Все на секунду умолкли, вспоминая: видели он выходившего старика — или нет?

Как стоявший ближе всех к двери, я проявил инициативу:
–А давайте–ка я посмотрю, там он или нет?
И прошел в предбанник кабинета, и потом в сам кабинет.

Дедушки с тросточкой там не было.

Он, действительно, вышел из кабинета, медленно прошел мимо 13 взрослых, дееспособных людей, — и никто его не заметил, и никто не обратил на него внимание.
Это называется: старость.