В некотором доме по нашей улице жила Нина. Маленькая, худая женщина с белыми волосами, лет пятидесяти. Все знали, что Нина чокнутая. Впрочем, как и ее сын Вова, толстый мужик в вечных трико «с педалями» и залысинами в таких же белых волосах, как и у его мамы.
Жили они вдвоем, постоянно ругались, дома у них, как говорили был полный бардак, что собственно, было не удивительным. Нина вечно бегала в каких-то обносках, таскала откуда-то какую-то рухлядь, питались они на пособие по инвалидности. 
Почему Нина была чокнутой? Ну, во первых на нее ни с того ни с сего находил приступ крика. Я не психиатр, не знаю как этот симптом называется. Она выбегала на улицу, орала на чем свет стоит, в основном матом, нападала с кулаками на сына, который, естественно, отбивался. И поскольку сын был намного больше и тяжелее, Нина частенько щеголяла с синяками и фингалами. Одним словом, та еще была семейка.
Очень многих удивляло, кто мог позариться на эту идиотку, да так, чтобы заделать ей сына. Такого же идиота, как и Нина.
Была у Нины еще одна странность, когда наступал самый конец лета, она неожиданно преображалась. Надевала на себя какое-то кургузое платье неопределенного цвета, расчесывала жидкие белые волосы, натягивала не приличные, как говорили вокруг, чулки, туфли-лодочки, а главное аляповато и ярко красила себе лицо. Красная помада, румяна, синие тени на глазах. Всё то выглядело очень комично.
В таком клоунском наряде она разгуливала по району и пела непристойные песни, дико хохотала и несла какую-то ахинею.
Но агрессивной она не была, ни к кому не приставала, поэтому люди только посмеивались привычно и все. Правда пару раз в дни особого буйства ее увозили в дурдом, откуда она возвращалась через несколько месяцев тихая, забитая и молчаливая.
Правда потом приходила в себя, и все начиналось сначала.
Потом, когда я вырос, мне рассказали историю Нины. Когда в наш город в августе 1941 года пришли немцы, ей было всего 13 лет. Жила она с матерью, отец был на фронте. Однажды Нину и еще несколько девочек схватили немцы, привезли к себе, выдали им чулки (те самые не приличные), помаду и другую косметику. И изнасиловали целой ротой. И вот в таком виде Нина с остальными девочками жили в подвале казармы, откуда их выводили только мыть и насиловать. Так Нина прожила полгода, а потом её выбросили на улицу. Видимо, надоела.
Нину, сошедшую с ума, грязную, голодную и беременную, подобрала какая-то бабка, которая умерла после войны. А Нина жила. И родила себе сына Вову, которого зачала от какого-то немца. 
Что с ней сейчас не знаю, наверное умерла, судя по возрасту, все таки жизнь прожила. Только мне кажется, что она умерла тогда, в конце лета 1941 года. Хотя мало ли, что мне кажется...