Уезжает из города цирк-шапито,
Дрессированный слон спит в прицепе КАМАЗа,
Бородатый факир надевает пальто,
Застегнул чемодан акробат синеглазый.

Ничего не осталось, лишь рыжий парик
Брошен в самом углу погрустневшего парка,
Только дворник, нетрезвый ворчливый старик,
Подметает и курит. И дворнику жарко.

Просто лето, как лето, то солнце то дождь,
Просто город, как город в штанах made in China.
Шапито уезжает, он в городе гость,
Он сюда приезжал абсолютно случайно.

Уезжает жонглер, уезжает силач,
С ними гибкая женщина с телом змеиным,
Детский хохот погружен в скрипучий тягач,
Саквояжи, картонки, собачки, корзины…

Я бы тоже уехал, но вряд ли впишусь
В этот сонм невозможных, немыслимых граций.
Потому что я пью забродившую грусть,
Потому что нам, клоунам, лучше остаться.